Однажды в 1856 году толпа собралась под деревом возле мэрии Нью-Йорка, чтобы понаблюдать за домашней белкой, сбежавшей из дома; для её поимки пришлось вызывать полицию [10]. В газетной заметке об этом «необычном госте» это событие описывалось как новость, ведь в то время белки в американских городах были редкостью [1] [6].
К 1850-м годам восточные серые белки в основном исчезли из центров американских городов, хотя изначально обитали на восточной половине континента [2] [9]. Первое задокументированное повторное заселение произошло в 1847 году на Франклин-сквер в Филадельфии [7] [8]. В 1850-х годах подобные мероприятия проводились в Бостоне и Нью-Хейвене [8] [10].
По словам Бенсона, изначально выпускали лишь небольшое количество белок с целью «украсить парки и придать им привлекательности» [8]. В статье 1853 года в филадельфийской прессе говорилось, что заселение общественных площадей белками, оленями и павлинами — это шаг к превращению их в «по-настоящему приятные места для отдыха» [10]. Однако к 1860-м годам эти эксперименты прекратились: многие животные погибли или были уничтожены из-за опасений, что они будут мешать птицам и способствовать размножению насекомых [7] [8].
В 1870-х годах выпуск белок возобновился, причём в гораздо больших масштабах, по мере того как в Нью-Йорке, Бостоне, Вашингтоне и Чикаго стали создаваться обширные парки [8] [9]. С 1877 года серые белки обитают в Центральном парке; к середине 1880-х годов их численность оценивалась в 1500 особей [7] [8] [10]. Историки связывают эту тенденцию с парковым движением, возглавляемым Фредериком Ло Олмстедом, а также с широко распространённым убеждением, что наличие природы в городе крайне важно для здоровья и психического равновесия горожан [8] [9].
Посетителей парков призывали раздавать белкам орехи, а охранники следили за их безопасностью [1] [6]. Эрнест Томпсон Сетон, один из основателей скаутского движения, утверждал, что кормление белок учит детей проявлять сострадание к более слабым существам [1] [8]. Бенсон также обнаружил эту идею в детской литературе и в трудах реформаторов, стремившихся избавить детей от жестокости [8].
К началу XX века численность белок резко возросла, и они стали доставлять неудобства [7]. К 1950-м годам, когда из городов исчезли лошади, коровы и скот с бойней, единственными представителями животного мира остались домашние питомцы, птицы и белки [1] [6]. В 1970-х годах во многих парках запретили кормление белок; Бенсон описывает этот поворот так: то, что раньше поощрялось, теперь стало почти грехом [1] [7].
В настоящее время экологи относят белок к универсальным видам, успешно приспосабливающимся к городской среде; они используют парки, уличные деревья и сады в качестве среды обитания [4]. Восточные серые белки распространились далеко за пределы своего естественного ареала; с 2016 года они включены в список инвазивных чужеродных видов, вызывающих обеспокоенность в Евросоюзе, что запрещает их ввоз, разведение и выпуск в природу [2]. Органы по охране дикой природы рассматривают конфликты между людьми и животными как проявление конфликта «человек–дикая природа», для которого существуют официальные рекомендации по сосуществованию [5].
Для спуска с дерева белки поворачивают лодыжки на 180 градусов, благодаря чему задние лапы хватаются за кору в противоположном направлении [3]. В городах, где риск хищничества ниже, белки с белой и чёрной окраской встречаются чаще, чем в лесах [2]. Аргумент Бенсона в пользу сохранения белок прост: приятно жить в мире, где можно наблюдать за другими существами, занятыми поиском пищи [1] [6].




